---
title: "n + 4"
---

Сегодня я столкнулась с ещё одним подтверждением, что Мики — особенная: про её
жизнерадостность говорили другие. Впрочем, не могу сказать, что была слишком уж
рада этому. На самом деле мысль про "ещё одно подтверждение" — скорее попытка
смягчить неприятный осадок. Они вовсе не востаргались, не хвалили её, они
попросту злословили. "Всё время такая весёлая — тебе не кажется, что это
подозрительно?" — "Ах, ты тоже это заметила?" — "Думаешь, она употребляет
что-то?" — "Боюсь даже представить себе такое! Но.." — "..это бы *многое*
объяснило". Бесят! Как они могут?! Завистливые сучки.

Но. "Почему же меня это так задело" — вот какой вопрос по-настоящему напрягает
меня. Конечно, я считаю Мики своей подругой и слышать такое неприятно, но всё же
зачем так переживать из-за глупости людей, чьё мнение мне должно бы быть
безразлично? Конечно, они мои одноклассницы, и всё же.. я ведь даже никогда не
была близка с ними.

Быть может стоит просто рассказать об этом Мики и вместе посмеяться над ними? Но
будет ли ей смешно? Ах, вот за это ведь и не любят сплетни и прочие разговорчики
за спиной. Я-то ничего плохого не делала — и услышала-то их болтовню случайно, —
а вот теперь и рассказать неудобно, и не рассказывать неприятно.

Сейчас уже кажется глупым и вспоминать о том, что я просто хотела избавиться от
той серости, в которой проходили мои дни. Теперь я как будто одержима этой
странноватой девушкой. А чего я на самом деле хочу — уже и не знаю.

"Ах, Анночка, почему бы тебе не посетить аналитика?" — так и представляю себе
тётю, произносящую эти слова своим сипловатым слащавым голосом. Но — увы —
прошли те времена, когда я могла обратиться к ней за советом или сочувствием;
всё, что нас связывает теперь — память о тех встречах в моём детстве. Идти же по
её воображаемому совету к психоаналитику или какому ещё "врачевателю душ" — не
для меня. Быть может, оттого-то я и не стала нормальной, что в какой-то момент
перестала допускать других слишком глубоко в мой мирок?

Впрочем, бывают моменты, когда надо просто действовать, а не изводить себя
бесконечным самокопанием. Если я решила узнать секрет этой счастливой девушки,
пусть будет так. Я узнаю о ней всё, а уж потом решу, что с этим делать.

***

С этим твёрдым намерением я и пошла сегодня в институт. Придя раньше, чем обычно
— так рано, как кажется никогда ещё не приходила, — я почувствовала себя ужасно
неловко. Прослонявшись без дела по коридорам, я приняла решение прикинуться, что
мне что-то нужно в библиотеке, и стала слоняться вдоль книжных полок. В конце
концов, чтобы не привлечь излишнее внимание библиотекаря, я взяла книгу наугад и
уселась за свободный стол — впрочем, свободный в той же мере как и прочие в
столь ранний час. Раскрыв книгу, я чуть не расхохоталась: книга называлась "Как
выйти из депрессии и завести сто друзей". Первым моим желанием было отнести этот
опус обратно на полку, чтобы никто не застал меня за позорным чтением. Но это
могло бы стать ещё более подозрительным и я застыла в нерешительности.

Вдруг мне пришла в голову мысль: а что бы стала делать Мики в такой ситуации?
Самый логичный ответ: она бы в неё не попала. Но если всё-таки? Сделала бы то,
что считала наиболее интересным?.. Подумав так, я попыталась отбросить сомнения
и решила — из чистого интереса! — всё же пролистать эту книгу. Впрочем, надолго
меня не хватило: автор был слишком занят самолюбованием, пытался внушить
читателю, что тот пока что полное ничтожество, и давал слишком много советов,
по-видимому основанных на личном опыте. "Посредственное чтиво", решила я,
взглянула на часы и поспешила прочь из библиотеки.

— Привет. Ты сегодня ранняя пташка, а? — поприветствовала меня Хильда.

— Н-да. Проснулась пораньше, а дел особых не было..

Я старалась притвориться, что ничего особенного не произошло и скрыть эти
старания. Во взгляде Хильды я прочла недоверие, но вскоре её что-то отвлекло и
она понеслась дальше сквозь поток студентов. Я же медленно брела на обочине
этого потока, высматривая Мики. Внезапно на меня нахлынула какая-то волна
меланхолии. От вчерашней и утренней решимости не осталась и следа. "Что я здесь
делаю? Зачем?"

Так и не найдя ответов на эти вопросы, я рутинно поздоровалась с Аллой и Жанной,
заняла случайное место в аудитории, достала тетрадь и книгу, но вместо того,
чтобы почитать, положила на неё голову. Не то, чтобы мне хотелось спать, я
закрыла глаза просто, чтобы не видеть этот глупый мир.

Тик-тик, тик-так. Тик-тик, тик-так. В своей голове я озвучивала тикание часов,
которым, конечно, было невдомёк, что их равномерные звуки разделяют на "тики" и
"таки". Время до начала лекции текло невообразимо медленно.

— Да пусть человек поспит, — вдруг один из голосов, прежде представлявших из
себя однородную массу, достиг моих ушей.

Быть может потому, что не ожидала такого, я не сразу узнала его. Лишь когда она
села рядом со мной и стала раскладывать вещи, я поняла: это был голос Мики. Меня
как будто током ударило.
